Пепел

Пластинка для тех, кто горел — и теперь живёт в собственных руинах. Музыкант играет пустому переходу, потому что замолчать страшнее, чем не быть услышанным. Человек превращается в стену — кирпич за кирпичом, чтобы перестать чувствовать. Героев, оказывается, никто не спасает: после войны их сдают в архив и переключают канал. Это запись послевоенного состояния души — войны могло и не быть, но раны абсолютно настоящие. И всё-таки в конце — вороны на пепелище. Тёмный, неудобный, но точный знак того, что из этого что-то ещё начнётся.